162043

Fireside Chat «О будущем» с Александром Ольшанским, президентом холдинга Internet Invest Group. Часть I. О сути прогнозов, особенностях прогнозирования и исторических сдвигах, которые приводят к кардинальным переменам

2 октября в креативом пространстве «Часопис» прошел первый Fireside Chat «О будущем». В рамках данной темы будут обсуждаться изменения, которые затронут мир в ближайшие 20 лет. Первым гостем Fireside Chat «О будущем» стал Александр Ольшанский,  президент холдинга Internet Invest Group. Беседу вел Денис Довгополый, основатель BVU Group.

Денис Довгополый (ДД): Расскажу, почему у нас сегодня выбрана такая тема. Исторически меня очень интересовало будущее. Попав впервые в 2005 году в Силиконовую Долину, я понял, что люди там живут на 5-10 лет вперед. С тех пор мне очень много приходится общаться с людьми, которые, так или иначе, пытаются заглядывать вперед. Этим летом мне довелось побывать на мероприятии, которое называется Kinnernet, где друзья Йосси Варди попытались собрать других друзей Йосси Варди. Лейтмотивом этого мероприятия было будущее. Всем понятно: то, что мы видим в будущем, это то, что не всегда сбудется. Будущее всегда изменчиво. И умение строить свою жизнь гибко и восприимчиво к изменениям, наверное, одно из важных качеств предпринимателя. Именно летом у нас родилась идея провести цикл мероприятий на тему будущего, и мы потратили последние полтора месяца на то, чтобы найти спикеров. Один спикер у меня всегда был в загашнике, потому что мы с Сашей почти половину наших встреч говорим именно об этом. Посмотрев, кто еще у нас в стране может говорить на эту тему, я расстроился, потому что адекватных спикеров у нас очень мало. Поэтому, если у нас получится продолжить этот цикл сначала российскими, затем европейскими, а затем американскими спикерами, то инициатива сложится. Если нет, то, наверное, наша страна не созрела.

Александр Ольшанский (АО): Для начала несколько замечаний про само будущее.

Интересный факт – прогноз погоды довольно точен на несколько ближайших часов. Есть много служб, например авиационные, которые используют короткие прогнозы. Прогноз погоды более чем на 7 суток чрезвычайно неточен. Настолько неточен, что не понятно, есть ли смысл его вообще делать. Но, что интересно, длинный прогноз, на полгода вперед, опять становится довольно точным. Это странный факт, о котором многие люди не знают. Долгосрочные прогнозы погоды, которые не говорят о том, что «такого-то числа в два часа будет солнце», а прогнозируют, что «в среднем температура в январе будет такая-то», чрезвычайно точны. Есть много служб, в первую очередь сельское хозяйство, которые их активно используют, и доказано, что они значительно повышают продуктивность.

Мне кажется, что это общее свойство для всех прогнозов. Когда мы пытаемся спрогнозировать что-то очень краткосрочно, нам кажется, что мы полностью управляем нашей жизнью, и мы точно знаем, что будет завтра. Когда мы пытаемся спрогнозировать нашу жизнь на год-два-три вперед, прогноз оказывается чрезвычайно неточен. Когда мы пытаемся спрогнозировать нашу жизнь на 10-15-20 лет вперед, то, как ни странно, можно достичь некоторой точности.

Несмотря на то, что в 1980 году будущее виделось совсем по-другому, если вы посмотрите предсказания известных людей того времени, то поймете, что очень многие вещи были предвидены. В том числе создание всемирной информационной сети, как бы ее ни называли. Оно было предсказано еще в 70-х годах.

Второе замечание про будущее касается предпринимательства и стиля жизни. Это лучше всего описано у Нассима Талеба в «Черном лебеде». Но вообще, это такая стройная философская система, которая, примерно, выглядит так:

- Чем человек отличается от всех остальных животных? Тем, что у человека есть мозг. Что такое мозг? Мозг – это некий аппарат, который умеет строить модели окружающего мира. Для чего он строит эти модели окружающего мира? Чтобы предсказывать будущее. То есть, мой мозг говорит, что, если я сейчас махну рукой, чашка упадет и, скорее всего, разобьется, и чай из нее точно выльется. А даже довольно развитые животные этим качеством не обладают. Разве что обезьяна, наверное, может предсказывать, что чай разольется.

Человек на сегодняшний день победил всех животных. Человек – это вид-победитель в ходе эволюционного процесса. По крайней мере, на сегодняшний день человек абсолютно подчинил себе буквально всю биосферу планеты. Как это случилось? Оказалось, что вот этот аппарат, который может моделировать внешнею среду и предсказывать будущее даже на относительно короткие промежутки времени, дает настолько огромное эволюционное преимущество, что люди вытеснили, условно говоря, всех остальных животных.

Так вот, с нашей повседневной жизнью, на самом деле, происходит то же самое. То есть, если рассматривать предпринимательство, как некую эволюционную конкуренцию, то этот аппарат, который позволяет предсказывать будущее, дает настолько большое преимущество, что, в общем, не так важно, насколько у вас большие мускулы. Человек слабее тигра и меньше слона, бегает медленнее гепарда или не летает, но, тем не менее, он всех победил. Точно так же и в предпринимательстве. Это свойство «предвидеть наперед» настолько важно и дает настолько большие бонусы, что все остальное уходит на второй план. Вы можете быть неудачливыми, у вас может не быть начального капитала, в конце концов, у вас может не быть никаких менеджерских навыков, но если у вас есть это виденье, то вы точно будете среди выигравших.

 

Дистанция от изобретения радио до превращения радио в средство массовой информации была, наверное, лет пятнадцать. Еще лет десять ушло на то, чтобы, благодаря этому средству массовой информации, на вершине власти оказались Адольф Гитлер и Иосиф Сталин. Это непосредственное следствие изобретения радио, как средства передачи информации. Невозможно построить тоталитарный режим в стиле ХХ века, не имея средства массовой информации, не имея механизма управления большими массами людей. Эти два события непосредственно между собой связаны.

 

Это такая стройная философия жизни, которая лучше всего, наверное, описана в “Черном лебеде”. Это второе замечание про будущее и про то, почему я вообще люблю про него говорить, и почему о нем нужно говорить. Это как со спортивными тренировками: если вы не будете в этом практиковаться, то ваш уровень повышаться не будет. То есть, понятно, что первый прогноз, который вы сделаете, будет наверняка ошибочным. Но, если вы будете делать это постоянно, и не только на завтрашний день, то у вас будет этот орган развиваться в нужную сторону. И есть большие шансы, что это даст вам некое преимущество.

ДД: Скажи, а насколько ретроспективный анализ помогает предсказывать будущее, с твоей точки зрения?

АО: Вы меня сейчас заставите опять “Черного лебедя” пересказывать. Прошлое мало говорит о будущем. Если кто-то сталкивался, в математике есть понятие нерекурсивных множеств. То есть, я не знаю, что надо делать, но я знаю, чего делать не надо. Будущее – это нерекурсивное множество – мы его не знаем. Но прошлое позволяет вычислить дополняющую часть, то есть, то, чего не будет. В этой степени, прошлое может быть достаточно полезным. То есть, прошлое вряд ли предсказывает будущее, но оно ставит некие рамки с какой-то долей вероятности. Опять же, не забываем про черного лебедя, но некие рамки благодаря прошлому получить можно.

 

ДД: Ок, смотри, до того, как мы будем переходить к более конкретным вопросам, еще один вопрос. Мне в 2008 году один человек в той же Долине сказал, что если посмотреть на всех предсказателей, то качественно предсказывать будущее могут только те, кто его меняет. Они знают, в каком направлении они его будут менять. И приводили в пример Биллов Гейтсов, Стивов Джобсов и тому подобное…

АО: Это курица или яйцо… Дело в том, что те, кто умеют его предсказывать, действуют таким образом, что кажется, что они его меняют. Но опыт последних 100-150 лет говорит о том, что в победителях оказываются люди, которые имеют некую компетенцию в этом вопросе. А как мы эту компетенцию назовем: то ли те, кто его меняют; то ли те, которые о нем что-то знают; то ли те, кто его предсказывают… Здесь очень трудно провести грань.

 

ДД: Давай теперь перейдем к конкретике. Скажи, пожалуйста, если смотреть в среднесрочной перспективе (от 10 до 15 лет), сдвиги в каких плоскостях будут самыми сильными? Допустим, в той же Франции этим летом мы пришли к выводу, что образование, здравоохранение, питание и дистрибуция будут основными плоскостями, в которых будут происходить изменения в течение 10 до 15 лет. Как ты считаешь?

АО: На мой взгляд, прогнозы на такой период времени являются наиболее точными и адекватными. Потом точность опять падает. Мне кажется, что большая часть тенденций, которые произойдут за это время, уже есть. Просто мы можем эти тенденции не замечать. Системно это выглядит так. Я всегда говорю, что все развитие цивилизации легко описывается через несколько цифр. Стоимость тонна-километра, стоимость киловатта-километра, стоимость бита-километра. Сколько стоит переместить один бит информации на один километр? Сколько стоит переместить тонну груза, сколько стоит переместить или произвести киловатт электричества? В этой части есть тенденция, которую уже видно. Когда один из этих показателей резко меняется, в след за этим сильно меняется наша жизнь. Пример из той сферы, к которой мы привыкли — это информация. С начала ХХ века резко упала стоимость распространения информации в связи с изобретением радио, телевиденья и средств массовой информации как таковых. Дистанция от изобретения радио до превращения радио в средство массовой информации была, наверное, лет пятнадцать. Еще лет десять ушло на то, чтобы, благодаря этому средству массовой информации, на вершине власти оказались Адольф Гитлер и Иосиф Сталин. Это непосредственное следствие изобретения радио, как средства передачи информации. Невозможно построить тоталитарный режим в стиле ХХ века, не имея средства массовой информации, не имея механизма управления большими массами людей. Эти два события непосредственно между собой связаны.

 

У Суворова в какой-то повести есть история про мужика, который хотел вывезти из Советского Союза 1,000,000 долларов. Понятно, что увезти он их не мог. Его потрошили на таможне и на границе, но ничего у него не нашли, хотя 1,000,000 долларов он таки вывез. Как он это сделал? Он взял 1,000,000 долларов и переписал номера купюр. Затем, в присутствии каких-то там официальных лиц, он сжег этот 1,000,000 долларов и вывез с собой список с номерами купюр. Это очень точная иллюстрация природы денег. То есть, деньги есть информация и ничто больше.

 

Можно взять какой-то другой пример. Я люблю разбирать случай с великой депрессией. До сих пор не известно, почему произошла великая депрессия. Есть масса теорий, и эти теории все объясняют. Например, Кейнс это все объяснил, а потом Хайек над Кейнсом издевался и писал, что в теории Кейнса абсолютно все правильно, за исключением одной проблемы: Кейнс вырос в безумно богатой американской семье, и ему досталось огромное состояние родителей, и все это состояние он потерял на бирже в 1928 году. То есть, если бы его теория была правильной, он бы, наверное, не проиграл свое собственное состояние на бирже. Так вот, по поводу депрессии, уже спустя почти сто лет, есть одна догадка. Она очень общая, но она мне кажется очень правдоподобной. Великая депрессия – это последствие совершенно другого факта. А именно того, что в начале двадцатого века резко упала стоимость тонна-километра, то есть мы перешли с гужевой тяги – лошадей, к автомобилю. Классическая картинка – это Нью-Йорк, в котором в 1910 году уже было подземное метро, а сверху еще ездили лошади – другого транспорта не было. Представляете? Электрическое метро, а сверху гужевая тяга. Такая вот сюрреалистическая картинка, такой стим-панк в чистом виде. И из-за того, что гужевой транспорт был заменен на, условно говоря, двигатель внутреннего сгорания во всех его разновидностях, произошла следующая штука – оказывается, что на начало двадцатого века по разным оценкам от 25% до 40% всей экономики всех стран работало на гужевой транспорт. То есть, на выращивание лошадей, на содержание этих лошадей, на выращивание кормов для этих лошадей, уборку за этими лошадьми, производства подков и так далее, и так далее.

И когда эта штука схлопнулась, то по прошествии 15-20 лет, последствия того, что там вдруг отмерло 25% – 40%, в итоге, вылились в огромный кризис – Великую депрессию. Мы можем найти там еще массу всяких причин: финансовых, теории заговора и так далее, но моя точка зрения, что все упирается вот в это число – стоимость тонна-километра.

Теперь попробуем перейти к сегодняшней ситуации. Сейчас мы имеем следующую картину. На наших глазах, где-то в 1998 году, вдруг опять резко упала стоимость бито-километра, то есть распространения информации. Более того, фишка в том, что эта стоимость упала до нуля. Что мы называем нулем в данном случае? Ноль — это значит, что каждый отдельный индивид в состоянии распространить свою информацию на все 6-7 млрд. живущих в настоящее время на Земле без каких-либо существенных для себя затрат. Фактически, это означает нулевую стоимость распространения информации. И все, что сейчас происходит – это мы пожинаем плоды этого огромного скачка. Если учесть этот временной лаг от 15 лет, то мы сейчас находимся только в самом начале этой фазы. Когда изменения, которые обусловленные этим процессом начнут нас догонять. Я предсказываю довольно сильный кризис, потому что любое такое скачкообразное изменение ведет к отмиранию больших кусков экономики, и я считаю, что тот кризис, который мы сейчас видим – только начало. То есть, это детский сад по сравнению с тем, что нас ожидает. И это спровоцировано именно резким падением цены передачи данных информации. И именно от этого стоит отталкиваться, если смотреть на перспективу 15-20 лет.

Попробую это объяснить так. Допустим, возьмем торговлю. Мы уже столкнулись с интернет-торговлей и уже понимаем, что такое онлайн-торговля. Но мы еще не понимаем всей динамики процесса. То есть, когда-то давно, ремесленник сам производил свой товар, сам его хранил, сам его продавал, сам его чинил — в общем, все делал сам. И это все называлось торговлей. Потом от торговли отделилось производство. Торговля стала только торговать, хранить, показывать нам товар, рассказывать о его замечательных характеристиках, торговаться с оптовиками, чинить этот товар, а производили этот товар уже где-то в другом месте. Потом от торговли отделилась логистика. То есть, раньше торговцы закупали эти товары, теперь же между торговцем и производителем появилась какая-то отдельная сущность под названием логистика. Потом от торговли, в какой-то степени, отделились финансы. В общем, смысл в том, что от торговли все время что-то отщипывалось. И в итоге, на момент интернет-революции, у торговли осталась одна единственная функция. Это функция представления нам ассортимента товара и управления этим ассортиментом. Потому что платить дистанционно мы умели задолго до Интернета, покупать по каталогу мы умели еще в начале двадцатого века, логистические компании возить эти товары тоже умели. И единственное, что осталось для торговли — это функция представления нам ассортимента. То есть, мы ходили в магазин, чтобы осуществить свою главную функцию – выбирать. Магазин стал точкой выбора. И теперь, представьте себе, что стоимость распространения информации упала в ноль. Конечно, полной глупостью будет ходить куда-то что-то выбирать, если функция выбора – это чисто информационная функция. Там нет ничего материального.

И как только стоимость распространения информации упала до нуля, дальше вопрос только времени, когда эта информационная составляющая перетечет как бы в техническую плоскость, в сеть, и уйдет из розницы. В разных продуктах это случится по-разному. Понятно, что электроника будет первой, продукты питания будут в конце, одежда где-то посередине. В принципе, в этом нет никакой сложности, это вопрос только совершенствования наших инструментов по обмену информацией. Да, вроде платье не примеряешь по Интернету, но гипотетически нет проблемы пойти один раз отсканировать 3D модель самого себя, нажать на кнопку и примерять это платье на модель самого себя, еще и пройтись по экрану. Никакой фантастики в том, что я говорю, нет, эти технологии даже не завтрашнего дня, а скорей сегодняшнего или вчерашнего. Почему-то пока этого не сделали, но это случится очень быстро. То есть, это не прогноз на 15 лет вперед. Это прогноз на ближайшие пару лет.

 

Дело в том, что надо искать какой-то эквивалент ценностей и, скорее всего, вряд ли это будет золото. Наверняка, появятся валюты, привязанные к каким-то другим видам ценностей, например, ко времени или киловаттам. Это самые распространенные сейчас точки зрения о том, что может быть универсальным мерилом ценности.

 

Я согласен с тем, что торговля и логистика с этим связанные, и вообще распределение материальных благ, сильно поменяются через 15 лет. И из-за этого очень сильно оптимизируется цепочка поставок и цепочка производства. Потому что, на самом деле, очень трудно сегодня даже посчитать, какое количество товаров производится и не находит своего спроса. Или находит его по неадекватно низкой цене, когда уже проще продать дешево, чем выбросить. Понятно, что, когда мы всю эту цепочку увязываем, то мы можем очень точно регулировать, сколько надо произвести стульев, ложек, чашек — такая себе мечта Госплана СССР. Только Госплан думал, что он сам будет централизовано этим управлять, а здесь немного другой подход. Здесь мы предполагаем, что через эту информационную цепочку потребитель управляет цепочкой производства. Простой пример: я купил себе машину в 2007 году, и покупал я ее через Америку. То есть, ее было можно там купить, привезти сюда, растаможить, и стоимость получалась в два раза дешевле, чем ее покупка в Украине. Но смысл не в этом, а в том, что я ее купил за три недели до того, как она покинула двери завода в Венгрии. То есть, я ее купил в статусе “production”, она была на заводе. Фактически, я за нее заплатил тогда, когда первую деталь положили на конвейер, и производитель знал, что она в этот момент уже продана.

Теперь я хочу, чтобы вы посмотрели еще на одну вещь, которая на самом деле тоже является информационной, хотя нам сейчас она такой не представляется. Давайте посмотрим на финансы. Что такое деньги, природа денег и так далее? Столетиями дискутируемый вопрос. Но, в моем понимании, все объясняется очень просто. По-моему, у Суворова в какой-то повести есть история про мужика, который хотел вывезти из Советского Союза 1,000,000 долларов. Понятно, что увезти он их не мог. Его потрошили на таможне и на границе, но ничего у него не нашли, хотя 1,000,000 долларов он таки вывез. Как он это сделал? Он взял 1,000,000 долларов и переписал номера купюр. Затем, в присутствии каких-то там официальных лиц, он сжег этот 1,000,000 долларов и вывез с собой список с номерами купюр. Это очень точная иллюстрация природы денег. То есть, деньги есть информация и ничто больше. Это всего лишь информация об обязательствах кого-то кому-то. И уже сейчас совершенно понятно, что дальше будут происходить огромные сдвиги в этой сфере. Такой первый звоночек – это bitcoin. Сейчас объясню почему. Всем советую прочесть – есть две хорошие книжки: Хайек «Частные деньги» – книга, которая взрывает мозг; и еще одна удивительная книга, которую написала его аспирантка Вера Смит в 1936 году – «Происхождение центральных банков». Обе книги довольно интересные, довольно легко читаются и обе тоненькие. Смотрите, интересно, что, на самом деле, государство получило функцию центральных банков и эмиссий денег очень недавно. То есть, американской Федеральной резервной системе всего лишь 100 лет. Раньше каждый банк печатал свои деньги. Раньше количество денег было ограничено количеством золота, и мир жил дефляционной экономикой. То есть, деньги постоянно дорожали, а не дешевели. Мы узнали инфляцию, условно говоря, в девятнадцатом веке. Если не считать китайцев, которые узнали это 2000 лет назад.

Дефляционная экономика – это такая terra incognita. Дело в том, что большая часть экономического учения возникла уже после девятнадцатого века, и, фактически, оно исследует экономику, которая существует только в мире инфляции. Деньги непрерывно дешевеют. Мы довольно плохо себе представляем, как функционировал мир во времена дефляции, во времена, когда был золотой стандарт. На эту тему написано много работ, но, тем не менее, это было уже давно, и люди сильно подзабыли про то, что не банки платили судный процент, а надо было в банк платить за хранение денег. Такая просто иллюстрация. Это все нас ожидает в ближайшем будущем, и мы точно столкнёмся с этим. Почему? Потому что информационная природа денег размоет сегодняшнюю денежную монополию государства. Кстати, это тоже по поводу предсказаний: Хайек в 1977 году об этом писал. Причем надо понимать, что его еще интересно читать, потому что он прожил 99 лет, и он своими глазами видел появление федеральной резервной системы и в 1977 году уже предсказывал конец государственной монополии на эмиссию денег.

Так вот, эта вещь точно поменяется, и горизонт события как раз около 15 лет. Через 15 лет финансовая система самым радикальнейшим способом изменится. В первую очередь за счет того, что появятся финансовые инструменты, которые не находятся в юрисдикции государств вообще, либо там находятся, но обладают некими свойствами, на которые государства влиять не могут. Как, собственно, раньше было с золотом. То есть, государство не могло влиять на объем добычи золота. На самом деле, до сих пор весь объем золота, добытого за всю историю человечества, известен с очень большой точностью, начиная еще с доантичных времен. Было несколько исключений, связанных с открытием Южной Америки, но, в принципе, объем добытого золота никак не зависел от государства.

Следующая интересная история тоже связана с финансами. Дело в том, что надо искать какой-то эквивалент ценностей и, скорее всего, вряд ли это будет золото. Наверняка, появятся валюты, привязанные к каким-то другим видам ценностей, например, ко времени или киловаттам. Это самые распространенные сейчас точки зрения о том, что может быть универсальным мерилом ценности.

Во второй части обсуждалось будущее государства и его функций, интеллектуальной собственности, патентов, медицины и сегрегации.

В третье части обсуждались будущие тренды предпринимательства и образования.

Поделиться