Кирилл Готовцев, глава Рекламного Агентства «Маньяко»

- Расскажите, пожалуйста, как Вы пришли в технологический бизнес?

- Сложный вопрос. Я делал совместино со знакомыми ребятами проект, в котором вел московскую филиальную часть продаж. Интернет тогда только начинался и в нем был проект Россия Онлайн. Я решил, что в этом бизнесе есть перспективы, познакомился с ребятами, разузнал как это делается. Мы сделали совместные проекты, которые потом стали называться порталами. Тогда еще и слова такого не было. Более того, у нас был первый в России отраслевой вертикальный портал (это мы сейчас понимаем, что он так называется). Это был портал Спаймаркет, который и сейчас еще существует.

 

Много чего мы сделали первыми тогда. Например, для себя же мы сделали первый в российской истории промо-сайт. Это был сайт про отдельный прибор, который назывался «Пиранья». Это было просто мега-революционно, на тот момент так еще никто не делал. У сайта было где-то 4-5 страниц и все про один единственный товар. Чтобы на сайте были качественные фотографии,  я даже заплатил довольно приличные деньги человеку, который отснял этот прибор со всех сторон.

 

Так что, исторически получилось, что я практически первый в России стал владеть рекламой. Именно рекламой, а не проектами. Фактически, вся реклама зарождалась вокруг трех человек – это Себрант , я и Леня Делицин. Появилась первая российская баннерная сеть «Спутник». Я занимался ее московской частью. На предпоследнем РИФе мы как раз обсуждали с Майком Рогальским, влаельцем Auto.ru, что я был первым человеком, который начал приносить им на баннеры деньги. В общем, на тот момент это все было ново и очень круто.

 

- Вам часто приходилось заниматься непосредственно технической частью проектов?

 

- Ну, начало было как и в любом нормальном стартапе – все всё делают сами руками. Поначалу я начинал компанию из двух человек, где оба делали все – и проект, и верстку. Сейчас я уже верстать не могу, т.к. не умею на div-ах верстать, хотя на HTML 3 знал некоторые очень крутые фишки: например, полупрозрачную подложку.

 

Конечно, я уже довольно давно руками ничего не делаю. Но все, что мы делаем, придумывается не дизайнерами, а, в значительной части, мной, а дизайнеры уже дорабатывают идею.

 

- Когда Вы начинали работать в новых сферах, Вы перед проходили какое-то обучение, или же все делалось методом проб и ошибок?

 

- Я по второму образованию системный методолог. Для меня новый рынок – это довольно-таки привычная история. Обычно я стараюсь думать в рамках метода, в отрыве от фактического наполнения. Так можно эффективно притаскивать в отрасль решения из других отраслей. Фактически, все, что угодно — услуги, товары, способы — можно вжать внутрь до некоторого структурного решения. А дальше его можно разворачивать на любом рынке.

 

Такое системное мышление отличает людей от большинства, которые занимаются рекламой как в интернете, так и в оффлайне. Вообще, много из того, что мы делаем связано с неинтрнетными вещами. Мы и нейминг делаем, и фильмы, и плакаты, и наружку и т.д.  Занимаемся почти всем креативным производством.

 

- Но бытует мнение, что для онлайн проектов – онлайн реклама, а для оффлайн проектов – оффлайн реклама.

 

- Да вот нифига… Это любовь к халяве. Вы можете всю жизнь вкладываться в трафик, нагонять себе все новых и новых пользователей с ощущением, что им что-то внутри вас понадобиться. А на самом деле, надо делать наоборот – выводить снаружи знание о вас. Нужно, чтоб человек зашел в поисковик искать «Дубленки». Увидел ссылку и сказал, «Я пойду вот сюда, потому что я знаю, что там клевые дубленки». Потом подумал, а что бы еще посмотреть. Посмотрел бы и решил, что все фигня, а этих я хотя бы знаю. Возвращался бы назад, и покупал у вас.

 

- То есть, Вы считаете, что привлекательность бренда даже важнее, чем монетизация?

 

- Конечно! Монетизация – это хорошо, когда вы дохнете с голоду, и нужно хоть что-то делать. Но рано или поздно вас съест кто-то, у кого действительно будет бренд и еще немножко денег. Он просто придет и разберет вашу аудиторию.
Единственное, что растет в проектах – это деньги и репутация. И если деньги растут медленно (а у большинства интернет-проектов так и есть), то надо растить репутацию. Причем, это работает абсолютно везде. Даже в местах, где кажется, что есть очень большой денежный поток. Хороший пример – это Groupon. Выигрывает он за счет репутации, а не за счет роста монетизации. Просто они были первыми из тех, кого мы знаем.

 

- Есть ли у стартапов какие-то ошибки, которые повально встречаются?

 

- Да. Из личного опыта — недооценка роли бухгалтерии. Многие думают «А что нам тот бухгалтер!». На самом деле, хороший бухгалтер для стартапа – это просто клад.

 

Если чисто по маркетингу – то почти все недооценивают интересы инвестора. Его главная цель – это продать этот проект. Все! А для этого надо вкладывать маркетинговые деньги в репутацию.  Все делают по принципу «вот сейчас попрет». Но никто почему-то не делает «вот если попрет, то сделаем так, а если нет – то вот так, например, сольемся аккуратненько и сохраним свои деньги».

 

Все уверенно идут к успеху, хотя знают, что до него добирается процентов 5. Но почему-то все уверены, что они и есть эти 5 процентов.

 

- Вы говорили, что проблема нашего технологического рынка в отсутствии некоторой биржи, на которой проекты могли бы наращивать свою стоимость (как за границей), и тем самым зарабатывать. Не хотели сами попробовать создать что-то подобное?

 

- Я жутко страдаю по этому поводу. Я несколько месяцев положил на то, чтобы попробовать создать эту биржу, но не получилось.

 

Надеюсь, что кто-то это таки сделает, пускай и без меня. Сейчас происходит много вещей, которые разрушают рынок. Facebookнадо в ноги поклониться за сделку с Instagram, потому что это задает совсем другой горизонт для стартапов. Самое главное, что они сделали – это то, что они купили его настолько дорого. Теперь стартапы знают, что деньги можно не зарабатывать. Не обязательно вкладываться в монетизацию, не обязательно убивать проект ради зарабатывания копеечки. Можно просто сделать очень клево и его купят за деньги, которые они бы никто не смогли бы заработать. И это очень, очень, очень клево. Это задает новый вектор. С другой стороны, это надувает пузырь.

 

- Чтоб не получилось в итоге как с «Пузырем доткомов».

 

Дело в том, что прошлый «пузырь доткомов» был сделан биржевиками. У них сейчас так не получится. Во-первых, биржа сдохла, а во-вторых, после обвала недвижимости все стали очень аккуратными. Все обнаружили, что то, что казалось всегда ликвидным, может перестать таким быть.  Что уж говорить о чем-то нефизическом, типа интернет-проекта.

 

Представьте, отрубили электричество, и на руках осталось просто куча кода. А IT ведь очень зависимо от этого. Вкладываются деньги в интернет, а в какой-то момент рубанут топором по кабелю, и все. И это проблема. Надо четко понимать, что с одной стороны все хорошо, а с другой стороны вся отрасль находится в заложниках кабельных провайдеров. Поднять цену трафика в десять раз и настанут большие проблемы.

 

- На конференции iForumKiev 2012 многие говорили о том, что интернет умирает, а стартапы перестают быть стартапами. Мол, сейчас большинство упирается в приложения на мобильные телефоны или надстройки для социальных сетей. Что Вы думаете по этому поводу?

 

- С приложениями для телефонов вообще отдельная история. Приложения для телефонов – это entertainment, это как кино снять. Кино сняли, один раз посмотрели, выкинули. Программу скачивают, чтоб на нее посмотреть. Скачал – «да, прикольно» — забыл. И те, кто прорывается на entertainmentрынок, хорошо себя чувствуют. Даже те, кто не прорываются – периодически тоже хорошо себя чувствуют, если не считают себя software бизнесом.

 

Не надо вкладывать средства в разработку программ для iPhone, как если бы вкладывали их в разработку software. Будут пользоваться программой или не будут – это чистая лотерея.

 

Программа для iPhone, которая продается, не может стоить дорого, или же это игрушка, но с игрушками совсем другая схема. Статистика говорит, что всего 5% программ открывают два и больше раз. В них включены некоторые дорогие игрушки и почта, твиттер, фейсбук и т.д. Остальные 95% находятся вообще нигде. Вот в этом искусстве создавать программу, которую купят и откроют один раз, останутся довольны, и потом еще раз откроют программу этого же производителя и есть зерно успеха. 

 

- Возвращаясь к Вашей карьере: был ли момент, когда Вы поняли, что искать работу Вам больше не придется, что она уже в любом случае будет?
- Это неправильная формулировка, к счастью или к сожалению. Я в какой-то момент понял, что у меня нет никаких других способов, кроме как делать свое, потому что я просто не в состоянии ни на кого больше работать.

 

Мы недавно говорили на эту тему с Аленой Владимирской (Pruffi) и я у нее спросил «Ален, как ты думаешь, нас сейчас с тобой кто-то возьмет на работу?». А она мне ответила: «Ты че, нет, конечно!». Потому что мы сильные, и брать нас в чужую команду – это гарантированные сложные отношения с руководством и т.д.  Возможно, разве что, совсем наверх, под инвесторами, которые особо не желают знать наши дела.

 

- Ну, а все же, что бы Вы посоветовали людям, которые начинают свой собственный бизнес?

 

- Делайте все сами. Огромное количество ошибок совершается из-за боязни делать самому и поиска партнера. Совместные предприятия с партнером можно делать во второй половине жизни, а лучше в третей. До этого, у молодого человека категорически нет опыта и понимания того, как устроен бизнес, чтобы делать его с кем-то. Разруливание отношений между совладельцами и соуправленцами – это самая, самая сложная управленческая задача, которая есть в природе. И огромное количество проектов накрывается из-за того, что люди начинают делать их с друзьями.

 

- То есть лучше нанять профессионала, чем позвать друга?

 

- Да! Первые 2-3 бизнеса вы должны сделать в гордом одиночестве. Собрать всю полноту ответственности, ошибок, и не отвлекаться на то, что вы будете согласовывать свои действия с другим человеком, и в итоге не знать, кто виноват в том, что ничего не получилось. Первые ваши проекты должны быть ваши. Они могут получиться или не получиться, вы можете умирать с голоду, но вы будете знать чего вы стоите.

 

Например, можете знать, что вы нифига не стоите, сможете присоединиться к другому более успешному человеку, и работать при нем. Это, наверное, неприятно звучит, но это лучше, чем умереть с голоду. Зато так вы сможете прожить оставшуюся жизнь, не очень гордо, но зато счастливо и при деньгах. Родите хороших детей и научите их не быть таким, как папа. Это нормально.

 

Я вот очень не люблю себя образца 97-98 года. Я бы с собой на тот период не дружил. Я доволен тем, что сейчас я это понимаю и теперь отслеживаю собственные действия и стараюсь замечать это в своих детях и пресекать.

 

Так что, самое главное – делать все самому.

 

Алекс Бондаренко
Фото: Саша Палеева

 

Поделиться